ТЮДОРОВСКАЯ АНГЛИЯ: АБСОЛЮТНАЯ МОНАРХИЯ

              В войне Алой и Белой розы погибло много крупных аристократических родов, в руках которых были сосредоточены обширные земельные владения. Переход их к коронeспособствовал усилению положения короля. Кроме того, во избежание дальнейших феодальных междуусобиц Генрих VII (1457 – 1509) мудро запретил своим вассалам содержать личные армии. Подобные мероприятия вели к упрочению королевской власти, и представители династии Тюдоров, правившие Англиёй с 1485 по 1601 год, были абсолютными монархами. Генрих VII правил своим коро­левством без парламента, опираясь на созданный им коро­левский суд — Звездную палату, существовавшую с 1487 по 1641 год. Столь романтическое название суд получил по украшенному позолоченными звездами потолку поме­щения в Вестминстерском дворце, где проходили заседа­ния.

                  В период правления основателя династии Генриха VII в Англии предпринимались попытки отстранить его от власти. Подобно тому как в России появлялись лжедмитрии, в Англии политические авантюристы пытались вы­дать себя за чудом спасшихся племянников Ричарда III, Эдуарда V или его младшего брата Ричарда, или за зато­ченного в тюрьму Эдуарда, графа Уорика, имевшего гораз­до большее право на корону, чем сам Генрих (отчего в 1499 году король все же решился на казнь своего опасного со­перника), и предъявляли свои претензии на престол. Одним из претендентов оказался тринадцатилетний сын булочника Ламберт Симнел. Йоркисты стремились выдать мальчика за графа Уорика и короновали его в Дублине. Впрочем, когда они явились в Англию, их войско было разметано в битве при Стоуке. Генрих решил проявить снисходительность к сыну булочника: тот был слишком молод и неотесан, чтобы понимать, в какое страшное дело его втянули. В результате «граф Уорик» получил место на дворцовой кухне.

                    Принцем Ричардом, ничтожесумняшеся, называл себя и Перкин Уорбек. Ненавидя Генриха VII, шотландский ко­роль Яков IV и герцогиня Маргарита Бургундская, сестра покойного короля Эдуарда IV, заявили о своем признании самозванца. В 1498 году Уорбек высадился в юго-западной Англии с армией, созданной на средства его «тетушки», но был разбит, попал в плен и кончил жизнь на виселице.

                   Со временем Генрих становился все менее популярным. Однако это был талантливый государственный деятель, и именно он в 1494 году восстановил, власть английской короны над Ирландией, где во время войны Роз некоторые графства объявили себя не зависящими от Англии. Король мудро поощрял развитие внешней торговли, видя в ней источник благоденствия и процветания королевства. При нем стремительно развивалась торговля шерстью с фламандцами, нуждавшимися в сырье для своих мануфактур. Ген­риху на протяжении всего своего правления удавалось со­хранять мирные отношения с Шотландией, Испанией, Ав­стрией и Францией. Очень важным было также то, что королевская власть поощряла джентри, пополнявшееся в этот период за счет одворянившихся буржуа, а также по­кровительствовала новой, мануфактурной промышленнос­ти. Тюдоры старались как можно эффективнее нейтрализовать влияние старинных аристократических родов, со­здавая новых лордов. При Генрихе VII этот титул получили 20 человек, при его сыне Генрихе VIII (1491—1547) — 66.

                  Преемника Генриха VII в его молодые годы славили такие выдающиеся гуманисты, как Эразм Роттердамский, некоторое время преподававший в Кембриджском универ­ситете, и его друг Томас Мор, великий мыслитель, автор знаменитой «Утопии». Между тем Генрих VIII не оправдал возложенных на него надежд, и его царствование превра­тилось в одну из самых трагических страниц английской истории. Чарлз Диккенс в своей «Истории Англии для детей» назвал этого монарха «самым непереносимым не­годяем, позором для человеческой природы, кровавым и сальным пятном в истории Англии». Король, наделенный ничем и никем не ограниченной властью, король, соеди­нивший в себе главу как светской, так и церковной власти, отличавшийся пылким и необузданным темпераментом, заставлял трепетать перед ним самых смелых людей. На­ходясь рядом с ним, никто не мог быть уверен в своей безопасности. Это прежде всего относилось к его шести женам, из которых лишь третья, Джейн Сеймур, мать Эдуарда VI, умершая сразу же после родов, и последняя, Екатерина Парр, чудом избежавшая обвинения в государственной из­мене, не попали в немилость к своему грозному супругу. Браки Генриха с Екатериной Арагонской (его первой женой) и Анной Клевской (четвертой) завершились разво­дами, причем первый вызвал проведение церковной рефор­мации в стране, а вторая и пятая жены, Анна Болейн и Екатерина Говард, приняли смерть на плахе по обвинению в прелюбодеянии.

                 В 1531 году Генрих порвал связи с Ватиканом, оскорбившим его проволочками в решении дела о его разводе с первой супругой, и вскоре объявил себя верховным главой церкви в Англии. Это было смелое решение, хоть Генрих с малых лет был весьма сведущ в вопросах религии и даже имел дарованный ему Папой Римским титул «защитника веры», с тех пор принадлежащий английским монархам. Ревностные католики, в том числе и лорд-канцлер Генриха Томас Мор, не одобряли королевскую политику. Томас Мор воздерживался от критики своего повелителя, просто в 1532 году он подал прошение об отставке. Молчаливое осуждение Мора злило Генриха и его вторую супругу, видевшую в великом философе человека, который осуждал ее самое и, следовательно, был опасен для ее репутации. В 1534 году, оклеветанный неким Ричардом Ричем, Мор предстал перед Тайным советом. Он без труда опроверг предъявляемые ему обвинения в государственной измене, однако отказался признать Генриха главой церкви Ан­глии. При повторном отказе непокорного экс-канцлера за­ключили в Тауэр. «Звездная палата» тщательно готови­лась к процессу над Томасом Мором, который имел важ­нейшее политическое значение: народ Англии должен был понять, что каждого, кто осмелится бросить вызов королю, ждет неминуемая смерть. Понимал это и Мор, а потому не питал иллюзий относительно своей участи, стремясь под­готовиться к скорой встрече с Всевышним. Однако судьи настолько боялись подсудимого, что отказали ему в пос­леднем слове. Вопреки обязательной для обвиненных в государственной измене тройной казни, когда виновного сперва вешали, затем, полузадохшемуся, вспарывали живот и вырывали внутренности и лишь после их сожже­ния передавали находившегося в глубоком обмороке чело­века палачу, завершавшему «квалифицированную» казнь четвертованием, Мора приговорили всего лишь к простому отсечению головы. Но это «смягчение» не было королев­ской милостью: Генрих продолжал бояться философа и на эшафоте, а потому прощальные слова Мора потонули в рокоте барабанов.

                  Мора не стало 6 июля 1535 года. Мужество не покинуло его и в самые страшные минуты перед вечностью: уже опуская голову на плаху, Мор пошутил с палачом, попросив убрать с плахи бороду, которая «не совершала государственной измены». После казни голова великого человека была выставлена на всеобщее обозрение, чтобы наводить страх на тех, кто лелеял в душе семена смуты. Однако по­пасть в число смутьянов в то время было весьма просто. Церковная реформа, проведенная Генрихом VIII, носила половинчатый характер. При этом и ревностные католики, и строгие протестанты легко попадали в ряды инакомыс­лящих, что в те годы само по себе считалось государствен­ной изменой.

                    1531 год, столь памятный в истории церковной реформации в Англии, ознаменовался также принятием закона о бедных, предусматривавшего строгое наказание за бро­дяжничество. Бродяг полагалось подвергать бичеванию и высылать на жительство в родные места, где о них должны были заботиться жители местного прихода. С 1547 года бродяжничество каралось тюремным заключением.

               В начале 1530-х годов в Англии было около 800 католических монастырей. В 1536—1540 годах все они были закрыты, а их земли и прочее имущество отошли к казне. Король сказочно разбогател, продавая монастырские земли джентри и состоятельной буржуазии.

            Последние годы правления Генриха VIII и начало царствования его сына Эдуарда VI (1537—1553), титуловавше­гося королем Англии и Ирландии, ознаменовались кресть­янскими волнениями. В значительной степени эти выступ­ления были обусловлены развитием огораживания общинных земель, что вело к увеличению масштабов овце­водства, а следовательно, и вывозимой из страны шерсти.

                  В период короткого правления малолетнего короля Эдуарда VI позиции протестантов укрепились, однако в последующее царствование, при сводной сестре Эдуарда Марии Кровавой (дочери Генриха VIII и Екатерины Арагонской), католицизм вновь стал государственной религией. Мария и ее супруг, испанский король Филипп II, были намерены искоренить ересь среди англи­чан. Англии грозило укоренение инквизиции и Мария повинна в гибели 300 мучеников совести, принявших смерть на кострах, полыхавших в лондонском Смитфилде. Ужасы правления Марии навсегда отвратили ан­гличан от католицизма. Великим страхом и отвращени­ем к суду инквизиции, неразрывно ассоциировавшимися с католической религией, объясняется многое в дальнейших событиях английской истории: ненависть к католикам привела к их поражению в правах и к приходу к власти мрачных пуритан...

                       При Елизавете I (1533—1603), дочери Генриха VIII и Анны Болейн, восшедшей на престол в 1558 году, вновь восторжествовало англиканство, а английский абсолютизм достиг своего наивысшего расцвета.

                 Унаследовав английскую корону, 25-летняя протестантка Елизавета не питала иллюзий относительно лояль­ности своих подданных-католиков. Не признав развод ее отца с первой женой, они видели в новой правительнице лишь незаконнорожденную дочь Генриха VIII и считали ее узурпаторшей престола, по праву принадлежавшего правнучке Генриха VII католичке Марии Стюарт. Юная шотландская королева Мария воспитывалась при француз­ском дворе и стала супругой дофина, а впоследствии и ко­роля Франции Франциска II. Ее пребывание на француз­ском престоле было кратковременным: после смерти Фран­циска, царствовавшего в 1559—1561 годах, Марии пришлось вернуться в Шотландию, где она столкнулась с грозной оппозицией со стороны шотландских протестан­тов. Когда во главе оппозиции встал честолюбивый граф Морей, незаконнорожденный сын отца Марии, ход собы­тий приобрел драматический характер.

             Марию заточили в замке Лox-Ливен и заставили подписать отречение от престола в пользу ее годовалого сына Якова, рожденного ею от второго брака с графом Дарнли. Пытаясь вернуть себе власть, Мария совершила побег из замка и собрала армию сторонников, которая, впрочем, была разгромлена в первом же серьезном бою. Ища спасе­ния, Мария бежала в соседнюю Англию, отдав себя в руки своей родственницы королевы Елизаветы I. Мария опреде­ленно надеялась на заступничество английской правитель­ницы, забыв, что еще во Франции она легкомысленно по­зволяла титуловать себя королевой Англии. Елизавета же ни на минуту не забывала о том, что в ее руках находилась та, которая являлась самой большой угрозой ее власти.

               Елизавета вовсе не стремилась помочь своей пленнице, но она не решалась и подписать приказ о казни Марии: если бы пленная шотландская королева взошла на эшафот, Рим, Испания и Франция не замедлили бы отомстить за ее гибель не только английской королеве, но и всему ее народу. Почти 19 лет, с 1568 по 1587 год, Елизавета дер­жала Марию на положении узницы в замках северной Ан­глии, и в течение всего этого времени в стране беспрестанно складывались и раскрывались заговоры, направленные на освобождение той, которую английские католики считали своей законной королевой. Лишь в 1587 году, когда стали очевидными намерения испанского короля Филиппа II на­чать католическое завоевание Англии, решилась Елизаве­та подписать приказ о казни Марии Стюарт. Впрочем, об­ладая незаурядным актерским талантом, она сделала вид, что роковая бумага была подписана ею по чистой случайности, среди вороха других документов, и разыгрывала ве­ликую скорбь по поводу гибели Марии, обезглавленной в замке Фодерингей. Впоследствии вероломная Елизавета стремилась наладить отношения с Яковом Шотландским, сыном казненной, и завещала ему свою корону.

                  Елизавета способствовала развитию английской коммерции. В ее царствование английские купцы активизи­руют торговлю со средиземноморскими странами, основывают собственную факторию в Гамбурге, достигают Архан­гельска, открыв северный морской путь в Россию. Англия, весьма равнодушно взиравшая на колонизацию Нового Света при первых Тюдорах и не осмеливавшаяся противо­стоять Испании, в елизаветинскую эпоху начинает заду­мываться о создании собственных поселений в Новом Свете. Английские мореплаватели прокладывали новые пути, способствуя расцвету торговли. В Англии появились дотоле невиданные товары: американские табак и карто­фель, роскошные меха из России, тончайшие шелка и пря­ности с Востока.

                      В 1584 году блестящий придворный, мужественный воин и мореплаватель, поэт и историк Уолтер Рэли (1552?—1618) основал первую английскую колонию в Новом Свете, которая в честь незамужней королевы-девственницы получила название «Виргиния» (это название носит один из приатлантических штатов современных США). Живой интерес стимулировал быстрое развитие флота, и Британия превращается во владычицу морей, доказывая свое господство на море в 1588 году, когда англий­ские моряки наголову разгромили мощнейшую «Непобе­димую армаду», снаряженную Филиппом II Испанским для крестового похода на английских протестантов.

               Переворот в системе землепользования способствовал массовому обнищанию деревенских жителей. Несмотря на карательные законы, английские дороги кишели бродягами, угрожавшими благополучию состоятельных людей. Для того чтобы хоть как-то разрешить проблему пауперов*, требовалось улучшить законодательство о бед­ных.

_____________________

* Пауперами называли бедняков.

______________________

                В 1597—1598 годах законодательство о бедных пополнилось положением о создании в приходах должнос­тей надзирателей за бедными. Эти должности занимали церковные старосты, в обязанности которых входило при­искивать работу для детей из семей бедняков, а также для не имеющих постоянного занятия взрослых. Кроме того, состоятельные прихожане обязаны были жертвовать на бедных, а уклонение от выплат могло привести к насиль­ственному взысканию необходимых средств. За два года до смерти королевы Елизаветы был принят новый закон о бедных, по которому церковные приходы должны были обеспечивать местных бедняков работой, отказ от которой карался тюремным заключением. Законом также предус­матривалась некоторая помощь тем, кто не был в состоя­нии заработать себе на жизнь,— малолетним, престаре­лым и больным.

               Тюдоры всячески стремились расширить свои владения. Они не оставляли попыток подчинить себе Шотлан­дию и упрочить свою власть в католической Ирландии. С этой целью в XVI веке велась усиленная колонизация Ир­ландии, земли которой раздавались английским колонис­там, исповедовавшим протестантизм. Это вызывало бур­ные протесты местного населения, и последние годы прав­ления королевы Елизаветы были отмечены рядом серьезнейших восстаний в Ирландии (1594—1603).

Яндекс.Метрика Запчасти для снегоуборщиков