«ОТЦЫ-ОСНОВАТЕЛИ»

               Так в Соединенных Штатах иногда называют всех тех, кто принимал участие в Войне за независимость, однако наиболее часто это высокопарное словосочетание приме­няется для обозначения архитекторов независимого госу­дарства, в том числе и тех, кто создал американскую кон­ституцию. Самыми популярными среди «отцов-основателей» героями американской истории являются Джордж Вашингтон, Бенджамин Франклин и Томас Джефферсон.

            Биография Джорджа Вашингтона (1732—1799) уже в первые десятилетия существования США обросла леген­дарными подробностями. Первый президент стал симво­лом нации, и поэтому понятно желание американцев пре­вращать Вашингтона из просто достойнейшего согражда­нина в безгрешного праведника.

            Отец Вашингтона владел землей по берегам рек Пото­мак и Раппааннок. Разбитые на ней табачные плантации обеспечивали семье безбедную жизнь. Раз в год к их вла­дениям по Потомаку поднимался английский корабль, принимавший на борт груз табака и доставлявший на плантацию все необходимое из Англии. Жизнь в господ­ском доме была сосредоточена на делах плантации. Так было по всей Виргинии, где жилища плантаторов были разделены большими расстояниями и люди жили доволь­но изолированно от событий в большом мире, узнавая о происходящем в основном от редких гостей.

           Вашингтон учился в обыкновенной виргинской шко­ле. Считается, что он был самым примерным учеником — сохранились его тетрадки с записями, сделанными твер­дым, ровным почерком, который, если верить легендам, он вырабатывал, многократно переписывая мудрые изре­чения. Уже в детстве он усвоил принципы, которым сле­довал всю жизнь: быть всегда честным, не кривить душой, не рубить сплеча, обдумывать последствия своих поступ­ков, ценить дружбу, не опускаться до злословия по адресу отсутствующих, имея мужество высказать критические суждения в лицо. Вашингтона изображают как праведни­ка от рождения. Чего стоит одна история о том, как маль­чиком он тайком срубил молодое вишневое деревцо в от­цовском саду, чтобы сделать из него удочку, а затем не стал отпираться и честно признался разгневанному отцу в своем проступке. Может быть, дело обстояло и не совсем так, но та же легенда свидетельствует о том, что и отец Вашингтона был человеком незаурядным: он не стал на­казывать сына, но похвалил его за прямодушие и смелость. В такой семье ребенок мог воспитываться в самых благо­приятных для развития личности условиях.

           Американцы убеждены, что Вашингтон был идеальным ребенком не только в вопросах поведения и учебы, но и в плане физического развития: еще до поступления в шко­лу он научился скакать верхом на лошади и впоследствии считался одним из лучших наездников, он запросто пере­брасывал камешки через реку Раппааннок и так далее.

            В одиннадцать лет Вашингтон потерял отца. Его буду­щее казалось не особенно прочным: основная часть соб­ственности досталась старшему брату Джорджа — Лорен­су. Юноша подумывал о военной карьере или о том, чтобы стать моряком. Ему было четырнадцать лет, когда он ре­шил было осуществить свою мечту и уйти в море, даже сундучок с его вещами уже был погружен на корабль, но мать, в последний момент узнавшая о его плане, была ка­тегорически против, и он безропотно подчинился ее воле.

              Большую часть времени Вашингтон проводил в доме брата в поместье Маунт-Вернон на берегу Потомака. Ло­ренс Вашингтон был женат на дочери своего соседа по поместью Уильяма Фэрфакса и родственнице крупнейше­го виргинского землевладельца англичанина лорда Фэр­факса, которому принадлежало около пятой части всех земель в Виргинии. Джордж часто гостил у соседей, где познакомился с самим лордом, заинтересовавшимся не­обычайно серьезным и рассудительным юношей. Не зная, в сущности, чем на самом деле он владеет в Америке, лорд Фэрфакс предложил Вашингтону и его приятелю Джорд­жу Уильяму Фэрфаксу, шурину Лоренса, возглавить не­большой отряд и исследовать земли, лежащие за горами Блу-Ридж. Это было настоящее приключение, и молодые люди провели около полутора недель в походе, исследуя до пятисот акров земли в день. В одну из ночей, проведен­ных у походного костра, под спящим Вашингтоном заго­релась соломенная подстилка, и он не пострадал лишь благодаря бдительности спутников. Лорд Фэрфакс был очень доволен результатами экспедиции, а для Вашингто­на она стала первым опытом знакомства с жизнью за пре­делами школы и плантаций.

              По протекции лорда Фэрфакса губернатор Виргинии назначил Вашингтона землеустроителем колонии, и за три года работы на этом посту, размечая границы земель­ных владений и порой решая территориальные споры, Вашингтон проявил себя как ответственный и честный чиновник. Однако работа у него была отнюдь не кабинет­ная: большую часть года он проводил в разъездах, еще более углубив свое знание особенностей жизни виргин­цев. Он даже познакомился с индейцами, переняв у них некоторые способы охоты и усвоив бесшумную индей­скую походку.

           Боевое крещение Вашингтон получил еще до англо­французского колониального конфликта. В соответствии с королевской хартией, виргинская колония должна была простираться от океана до океана, но в то время она лишь осваивала долину реки Огайо, на которую претендовали и французы, в 1750-е годы начавшие там строительство фор­тов. Обладавший навыками походной жизни, Вашингтон был идеальным разведчиком, которого виргинские влас­ти направили для определения численности французских гарнизонов и выяснения их намерений еще до начала вой­ны. В 1753 году Вашингтон с небольшим отрядом развед­чиков побывал в форте Ле-Беф на притоке реки Огайо, не­подалеку от озера Эри. Французы приняли гостей любез­но. Вашингтон передал коменданту форта послание губернатора Виргинии и получил ответное письмо. Во вре­мя пребывания в Ле-Бефе виргинцы установили, что фран­цузы заняты строительством лодок, чтобы по весне спуститься вниз по течению Огайо.

               Начиналась зима, и возвраще­ние небольшого отряда Ва­шингтона в Виргинию было затруднено. Поэтому он при­нял решение предоставить своим людям спокойно и не торопясь возвращаться домой, а сам вместе с опытным охот­ником Кристофером Гистом ускоренным маршем двинул­ся напрямую через леса. По пути у них произошла стычка с индейцами. Выйдя из нее победителями, двое смельчаков тем не менее были вынуж­дены идти днем и ночью, чтобы оторваться от красноко­жих преследователей. Большая опасность подстерегала пу­тешественников на реке Аллегани. Они рассчитывали, что к их подходу она уже покроется льдом, но ледостав еще только начинался, и по реке плыли отдельные льдины. Имея при себе лишь маленький топор, Вашингтон и Гист смогли построить небольшой плот, чтобы переправиться через реку. Однако примерно на середине реки плот заст­рял среди льдин, и Вашингтон, пытаясь освободиться из затора с помощью шеста, упал в ледяную воду. Течение на реке было сильным, и ему с большим трудом удалось ухватиться за плот. С грехом пополам путники добрались до островка посередине реки, где провели ночь. Остается только удивляться, как Вашингтону удалось не заболеть воспалением легких после довольно продолжительной ледяной ванны, тем более что ночью грянул такой силь­ный мороз, что Гист отморозил пальцы и на руках, и на ногах. К утру река покрылась надежным слоем льда, и они благополучно переправились на другой берег. По­следний этап пути оказался самым легким: набредя на хижину поселенца, они получили лошадей и благопо­лучно добрались домой, в кратчайший срок доставив послание коменданта Ле-Бефа и донесение о строитель­стве лодок.

            Французы все же построили форт Дюкан в месте слия­ния Аллегани и Мононгахелы, где начинается река Огайо. Виргинцы стали готовиться к войне. В 1754 году Вашинг­тон был поставлен во главе отряда из 150 ополченцев, их силами был спешно отстроен форт Несессити. С нападе­ния французов на эту маленькую крепость, собственно, и началась колониальная война между Францией и Англи­ей. Враги имели четырехкратное преимущество в живой силе, у людей Вашингтона кончились боеприпасы, и, хотя им пришлось сдать укрепление, оборонялись они поистине героически. Война не раз предоставляла Вашингто­ну возможность проявить свои исключительные способ­ности.

             Заслуги Вашингтона не были забыты соотечественни­ками. В 1769 году он стал членом Законодательного со­брания Виргинии, которое было созвано противниками того, чтобы находящийся за тысячи миль от Америки британский парламент издавал законы, которые опреде­ляли бы жизнь людей, покинувших Британию (в 1774 году новоиспеченный виргинский парламент был разогнан ан­глийским губернатором колонии). Вашингтона избрали и делегатом Континентального конгресса, который летом 1775 года назначил его главнокомандующим американ­ской армией. Статус национального героя, выигравшего Войну за независимость США, предопределил избрание Вашингтона председателем Конституционного собрания (1787), а два года спустя и первым президентом США. При желании Вашингтон мог быть избранным на этот пост не только вторично, но и в третий раз, однако в 1797 году он вышел в отставку, опубликовав «Прощальную речь» к со­гражданам, завещая им не вступать в войны на стороне какого-либо из государств и беречь страну от раскола, возможного в связи с возникновением политических партий.

             Вашингтон был и остается популярнейшей личностью в американской истории. Его портрет можно увидеть на од­нодолларовой купюре, а профиль первого президента США украшает монету достоинством в 25 центов. Имя Вашинг­тона было дано столице государства, а его день рождения, 22 февраля, отмечается как национальный праздник.

              Один из самых знаменитых граждан Филадельфии, выдающийся общественный деятель и ученый, Бенджа­мин Франклин (1706—1790) подробно рассказал о пер­вой половине своей жизни в «Автобиографии», доведя повествование до 1758 года, т. е. до того, как он просла­вился на политическом поприще. Франклин начал рабо­ту над этой рукописью в 1771 году и продолжал трудить­ся над «Автобиографией» до конца своей жизни, но бо­лее поздние ее годы так и остались изложенными в отдельных фрагментах.

                   Франклин происходил из протестантской семьи и гор­дился своими английскими предками, которые, приняв новую веру в годы Реформации, сохранили ее во время самых тяжелых испытаний, каким представлялось про­тестантам царствование Марии Кровавой (1553—1558). Его предки жили в деревушке Эктон в английском граф­стве Нортхэмптон. Отец Бенджамина Франклина Джозайя рано женился и «около 1682 года» (на самом деле — в 1683 году) перебрался с женой и тремя рожденными в Англии детьми в Новый Свет из-за того, что в годы цар­ствования Карла II вышел из епископальной англикан­ской церкви и примкнул к пуританскому течению нон­конформистов. В Новой Англии он и его единоверцы мог­ли свободно следовать своим религиозным убеждениям. В Бостоне, где осела семья, у Джозайи родилось еще четве­ро детей, а после смерти первой супруги он женился вто­рично, произведя на свет еще десять потомков — всего у него было семнадцать детей. Бенджамин был десятым и младшим сыном этой огромной семьи, но у него были еще младшие сестры. Примечательно, что родители Франкли­на обладали отменным здоровьем: он не помнил, чтобы они когда-либо болели, а дожили они до глубокой старо­сти — отец умер, когда ему было 89 лет, а мать умерла в 85 лет.

            Семья была трудолюбивая, и все братья Франклина под­ростками были определены в подмастерья, чтобы овладеть полезными профессиями. Бенджамину предназначалась несколько иная судьба. Следуя традиции десятинных по­жертвований, отец намеревался сделать его служителем церкви. В восемь лет мальчик поступил в школу и с жад­ностью набросился на учение. За год он усвоил программу трех лет обучения и стал первым учеником. Из-за дороговизны образования отец был вынужден перевести его в школу грамоты и арифмети­ки мистера Браунелла, кото­рого Франклин всегда вспо­минал с большой тепловой как человека, по-настоящему приобщившего его к литера­туре. Свои успехи в арифме­тике Франклин характеризо­вал как более чем скромные. Однако и в этой школе ему не суждено было задержаться надолго. В десятилетнем воз­расте отец забрал сына от мистера Браунелла, сделав его своим помощником в производстве мыла и свечей. Маль­чику приходилось нарезать фитили для свечей и заливать воск в формы. Эта монотонная, отупляющая работа не нравилась Бенджамину, у него зародилась мечта в один прекрасный день отправиться в путешествие по свету, и он часто поговаривал о том, чтобы стать моряком. Отец категорически возражал против таких романтических планов, но, видя, что утомительная работа изнуряет маль­чика, все же исхитрился обойтись без него и отправил двенадцатилетнего Бенджамина к старшему брату Джеймсу, ставшему печатником и издававшему газету «Вестник Новой Англии».

                 Тайком от брата, боясь его насмешек, Бенджамин на­чал писать статьи для этой газеты и радовался их публи­кации, хотя они и выходили без подписи. Характер у Джеймса был не из легких, и в 1823 году, после ссоры с братом, Бенджамин убежал от него в Филадельфию. Не­смотря на юный возраст, он уже стал опытным печатни­ком и в свои 17 лет сумел зарабатывать себе на жизнь.

             Он трудился как одержимый, но, будучи хозяином само­му себе, каждую свободную минуту уделял самообразо­ванию. Обладая феноменальными способностями, он са­мостоятельно (!) выучил французский, испанский, ита­льянский и латинский языки, приобрел разносторонние знания и стал одним из образованнейших людей своего времени.

               В 1724—1726 годах он впервые побывал в Англии, а в 1729 году стал единоличным владельцем печатной мас­терской и издателем «Пенсильвания газетт», а еще три года спустя приступил к изданию ежегодного «Альмана­ха Бедняги Ричарда». Верной помощницей Франклина стала Дебора Рид, на которой он женился в 1730 году. До 1748 года Франклин продолжал заниматься издательской деятельностью, но это не мешало ему уделять время и другим полезным делам. Он основал в Филадельфии пер­вую в Соединенных Штатах публичную библиотеку (1731), организовал первую в Америке благотворительную боль­ницу, а также дискуссионный клуб, позднее превратив­шийся в Американское философское общество (1743), со­здал Пенсильванский университет (1751). С 1737 по 1753 год он был почтмейстером Филадельфии, а в 1753—1774 годах исполнял с небольшими перерывами эту обязан­ность в масштабах всех североамериканских британских колоний.

                Скромно отзывавшийся о своих математических спо­собностях, Франклин стал известным физиком-экспериментатором. Искренняя вера в Бога не мешала ему иссле­довать законы, по которым живет природа: Франклин считал, что мир создан Богом, но все, что в нем происхо­дит, подлежит рациональному объяснению. Особенно пло­дотворными были проведенные им в 1747—1754 годах опыты по электричеству, отчеты о которых он отсылал в Лондонское королевское общество. Впоследствии эти пись­ма были изданы отдельной книгой «Опыты и наблюдения над электричеством, проделанные в Филадельфии в Аме­рике Бенджамином Франклином». Достаточно сказать, что Франклин-ученый объяснил, как вырабатывается ток в лейденской банке, ввел обозначение противоположных электрических зарядов знаками «+» и «-», доказал элек­трическую природу молнии и придумал громоотвод. Фран­клин исследовал теплопроводность металлов, распростра­нение звука в разных средах, придя к выводу, что в воде звук имеет гораздо большую скорость, чем в воздухе. Его интересовало теплое океаническое течение, проходящее вдоль восточного побережья США, которому именно он Дал название Гольфстрим (в русской транслитерации оно несколько искажено; в английском же языке это назва­ние «говорящее» и обозначает «течение в заливе»). Как изобретатель Франклин прославился не только громоот­водом. Он предложил взрывать порох с помощью элект­рического разряда, придумал лампы уличного освещения. До сих пор в кораблестроении не потерял актуальность предложенный Франклином способ увеличения надежно­сти судов за счет разделения их внутренней части на авто­номные отсеки.

                 Как политический деятель Франклин выдвинулся, за­щищая интересы колонии в метрополии, где он находил­ся с этой целью в 1757—1762 и 1765—1775 годах. Имен­но он в 1775 году выступил с инициативой об отмене раб­ства и основал движение аболиционистов. Франклин участвовал в работе Континентального конгресса и в рабо­те над проектом Конституции США. Опытный дипломат, он способствовал заключению франко-американского до­говора о союзе 1778 года, а также участвовал в подписа­нии Версальского мирного договора в 1783 году.

              Томас Джефферсон (1743—1826) родился в аристокра­тической виргинской семье в Шедуэлле. Его отец просла­вился тем, что составил первую точную карту Виргинии, чем Томас Джефферсон всегда очень гордился. В юности Джефферсон по желанию отца получил хорошее образо­вание, выучил латынь и греческий. В четырнадцать лет он осиротел, однако, став владельцем крупного поместья площадью 2750 акров, мог не беспокоиться о будущем и жить в свое удовольствие. Юный плантатор в 1760 году уже по собственной инициативе поступил в Колледж Виль­гельма и Марии в виргинском городе Уильямсбурге. По окончании колледжа Джефферсон стал юристом. Как и подобает молодому, образованному и богатому человеку хорошего происхождения, он вскоре стал играть замет­ную роль в политической жизни колонии. В 1869 году его, как и Вашингтона, избрали членом Законодательного со­брания Виргинии. Джефферсон активно выступал в печа­ти, а за публикацию памфлета, направленного против короля Георга III, в 1774 году английские власти объяви­ли его человеком вне закона. В том же году Джефферсон вошел в нелегальный Корреспондентский комитет, создан­ный в Виргинии накануне Войны за независимость и сыг­равший роль первого самостоятельного правительственно­ го органа штата после провозглашения независимости. В 1775 году Джефферсона выдвинули депутатом Континен­тального конгресса от Виргинии. Звездный час политика и юриста пробил летом 1776 года, когда по поручению Конгресса он составил знаменитую «Декларацию незави­симости». В ее проекте содержался параграф об осужде­нии рабства и работорговли, отвергнутый Конгрессом.

                В 1779—1781 годах Джефферсон был губернатором родной Виргинии. Горячий поборник гражданских сво­бод, он, в частности, добился того, чтобы отделить в этом штате от государства англиканскую церковь, которая имела государственный статус, пока Виргиния была ко­лонией Британии. Впоследствии это произошло и в мас­штабах всех Соединенных Штатов, что создало равенство всех религиозных конфессий. Затем на три с лишним года Джефферсон удалился от политики, но в 1784 году пра­вительство США назначило его посланником во Фран­цию, где он работал на протяжении четырех лет, до са­мой Великой французской революции. Во Франции аме­риканский посол углубил свое знакомство с идеями просветителей, сблизился со многими деятелями Просве­щения, войдя в кружок, собиравшийся в доме вдовы Гельвеция. Горячо приветствуя революцию во Франции, Джефферсон активно пытался склонить США к оказа­нию помощи молодой Французской Республике. Отказ правительства Вашингтона послужил поводом для выхо­да Джефферсона в отставку.

                 Вернувшись в Америку, Джефферсон продолжил свою политическую карьеру. Именно он был инициатором включения в конституцию «Билля о правах», именно он стал создателем антифедералистской партии, которую мы сейчас называем республиканской. Однако пик его карь­еры еще не был пройден. В 1796 году он стал вице-прези­дентом США, а с 1801 года, одержав победу на выборах 1800 года, — третьим по счету американским президен­том, пробыв на этом посту два срока, до 1809 года. Как президент Джефферсон навсегда вошел в историю Амери­ки благодаря покупке Луизианы (1803) у наполеоновской Франции, что в два раза увеличило территорию тогдаш­них Соединенных Штатов.

                После 1809 года Джефферсон также продолжал тру­диться на благо своей страны. В 1825 году он основал университет Виргинии. Крупнейший американский просве­титель, Джефферсон был разносторонне одаренным чело­веком. В частности, он увлекался архитектурой и постро­ил для себя дом-усадьбу Монтиселло — один из наиболее известных памятников архитектуры эпохи классицизма в Америке.

            Несмотря на все свои заслуги, президент Джефферсон не удостоился чести быть увековеченным на долларовых банкнотах. Однако его профиль отчеканен на лицевой сто­роне пятицентовой монеты, на обратной стороне которой можно увидеть изображение Монтиселло. А когда амери­канцы произносят фразу «Takeiteasy» («не волнуйся», «смотри на вещи проще»), они, не задумываясь, повторя­ют любимую поговорку Джефферсона.

Яндекс.Метрика Запчасти для снегоуборщиков