СТРЕМЛЕНИЕ НА ВОСТОК ПРИВЕЛО НА ЗАПАД

            Вплоть до начала 1490-х годов на картах мира можно было увидеть лишь приблизительные очертания трех ча­стей Старого Света — Европы, Азии и Африки. Централь­ные области и восточное побережье Африки все еще оста­вались не исследованными европейцами, а Азия представ­лялась и вовсе сплошным белым пятном. Бескрайние просторы неизвестного Востока бередили воображение средневековых авантюристов, мечтавших обогатиться на торговле сокровищами, попадавшими в Европу из дале­ких азиатских стран через ближневосточные порты. Азия манила и шелками, и самоцветами, и пряностями, кото­рые в те времена ценились на вес золота. Интерес к Азии подстегивался достаточно распространенной в средние века рукописной книгой «Деяния Александра, или Сказа­ние о чудесах Востока», в сказочно-фантастической фор­ме повествовавшей о том, что якобы открылось взорам Александра Македонского во время его завоевательного похода в Индию. Впрочем, все бытовавшие в средние века повествования о чудесах Востока представляли собой со­брание сплошных небылиц. Вот, например, лишь некото­рые из них: направляясь к «крайнему морю», войско Александра вынуждено было идти по лесу, такому душ­ному, что днем они изнемогали от зноя и поэтому пере­двигались только в ночное время суток. Лес был непрос­той, ибо жили там «дикие люди», у которых на ногах были копыта, а лица, независимо от пола, были «женскими», причем во рту у дикарей были «песьи» зубы. Повсюду шастали гигантские скорпионы и летучие мыши, а самым ужасным среди обитателей «душного леса» был «зверь-саблезуб», такой огромный, что мог бы проглотить целого слона. Обитатели побережья могут показаться еще более странными: они питались исключительно огромными гри­бами, у них вовсе не было голов, а лицо, т. е. глаза, нос и рот, располагалось на груди.

               По мере развития торговли между Европой и Азией представления о Востоке постепенно уточнялись, но непо­колебимым оставалось убеждение в его сказочных богат­ствах. Именно оно заставило отправиться в дальние стран­ствия венецианца Марко Поло (ок. 1254—1324). Его отец и дядя, венецианские негоцианты, совершили смелое пу­тешествие в далекий Китай и, решив повторить его, взяли с собой и Марко. Изнурительное путешествие в Пекин, начавшееся в 1271 году, заняло около трех лет, зато Мар­ко был полностью вознагражден за мужество, завоевав симпатию китайского императора, взявшего его к себе на службу. В качестве чиновника Марко Поло провел в Ки­тае почти двадцать лет, совершил множество поездок по стране и, возвратившись на родину в 1295 году, написал правдивую книгу под названием «Книга Марко Поло о ко­ролевствах и чудесах Востока» (1298). Из этой рукописи современники узнали и о крупных китайских городах, и о знаменитых китайских товарах, и о золотых бирман­ских пагодах, и о сибирской пушнине, и о японском жем­чуге. Свидетельства Марко Поло лишь упрочили представ­ление о Востоке как средоточии всех мыслимых сокровищ.

                      В 1453 году Константинополь, главный из перевалоч­ных пунктов товаров в торговле между Западом и Восто­ком, был захвачен турками-османами, обложившими ев­ропейских негоциантов невиданными пошлинами. В этих условиях соображения собственной выгоды заставили ев­ропейцев всерьез задуматься о том, как в обход разори­тельных налогов и посреднических услуг самостоятельно добраться до знаменитых островов Специй, найти морской путь в Индию (в то время Индия и территории к востоку от нее именовались в Европе «Индиями») и Китай. Во времена утлых суденышек такое плавание в обход Афри­ки казалось немыслимо дерзким предприятием.

                 В XV веке лишь немногие просвещенные европейцы по­нимали, что земля имеет форму шара. Подавляющее большинство разделяло традиционное представление о земле как о плоской тверди, полагая, что отважная попытка по­дойти к «краю земли» может оказаться роковой для мо­реплавателей, рискующих сорваться в бездну. Даже те, кто признавал сферическую форму земли, не были сво­бодны от заблуждений: некоторые верили, что в районе экватора морская вода представляет собой настоящий кипяток, другие опасались, что корабль, единожды спус­тившись с запада на восток, никогда не сможет вернуться обратно — ведь для этого ему нужно будет подниматься в гору! Взгляните на глобус и вы отчасти поймете ход мыс­лей людей, живших в мире, где наука еще находилась в зачаточном состоянии. Однако именно представление о земле как шаре побудило Христофора Колумба (1451— 1506) попытаться найти более короткий путь на Восток через Атлантический океан.

               Уроженец итальянского портового города Генуи, Ко­лумб с юных лет мечтал стать моряком. Он впервые вы­шел в море в четырнадцать лет. Когда ему исполнилось двадцать шесть, его корабль подвергся налету пиратов, и Христофору пришлось искать убежища в Португалии.

                B XV веке трудно было найти в Европе другую такую страну, где мореплаванию придавали столь большое зна­чение. Своим  развитием португальский флот был обязан принцу Генриху, прозванному Мореплавателем (1394— 1460), хотя сам он не совершил ни одного морского путе­шествия. Генрих оказывал всемерную поддержку моря­кам, надеясь, что им удастся добраться до Индии в обход Африки. При жизни принца его мечта не осуществилась, однако благодаря его усилиям европейские моряки освоили плавание вдоль западного побережья Африки и совер­шили- походы в бескрайний Атлантический океан. Осев в Португалии, Колумб получи от итальянского картографа Тосканелли любопытнейшую карту мира, из которой" следовало, что Европу и вожделенные богатые восточные страны разделяет океан. Карта непосредственно подтвер­ждала сообщение Марко Поло о том, что к востоку от Китая простирается океан. Колумб уверовал, что неведо­мый восточный океан является на самом деле той самой Атлантикой, которая омывает и западные берега Европы. Следовательно, плывя на запад, можно попасть на восток. В те времена европейцы даже не подозревали ни о суще­ствовании Америки, ни о том, что Америку и Африку разделяет огромный Тихий океан.     

                 Колумб тщетно пытался убедить португальского коро­ля Иоанна выделить ему средства для экспедиции: мо­нарх не хотел понапрасну расходовать деньги, считая это предприятие очень опасным. Тем не менее втайне от Ко­лумба король направил на запад один из своих кораблей, который, однако, попал в сильный шторм и был вынуж­ден бесславно вернуться в родную гавань. Обиженный и разгневанный, Колумб принял решение искать поддерж­ки у испанской короны, также заинтересованной в поисках морского пути в восточные страны. В 1486 году Ко­лумб прибыл ко двору Изабеллы и Фердинанда. Его сме­лый план нашел поддержку у королевы, которая согласи­лась выделить средства на небольшую экспедицию. Ко­лумбу оставалось только ждать. А ждать пришлось довольно долго, так как Изабелла и Фердинанд были по­глощены войной с маврами, в ходе которой последние были изгнаны с исконных испанских земель. Изабелла сдержала свое слово лишь в 1492 году.

            Колумбу были предоставлены три корабля-скорлупки. Водоизмещение самой крупной каравеллы, «Санта-Марии», равнялось ста тоннам, «Пинта» была в два раза мень­ше, а «Нинья», оправдывая свое имя (в переводе с испан­ского оно означает «малютка»), имела водоизмещение все­го около 40 тонн. Для участия в экспедиции были выделены 88 человек, в большинстве своем выпущенные из тюрьмы преступники, которым обещали прощение в случае удачного исхода экспедиции. Один этот факт сви­детельствует о том, что мало кто рассчитывал на возвра­щение экспедиции в Испанию.

                 Экспедиция на запад начала свой путь 3 августа 1492 года. Довольно скоро стало ясно, что Колумб сильно оши­бался в оценке ширины Атлантического океана, и лишь 12 октября 1492 года перед усталыми глазами мореплава­телей возник прекрасный остров, покрытый бурной тро­пической растительностью. Когда европейцы спустились на берег, они впервые встретились с местными индейца­ми, названными так потому, что члены экспедиции были свято уверены, будто находятся в Индии. Индейцы назы­вали свой остров Гуанахани. Набожный Колумб нарек его именем Спасителя — Сан-Сальвадор. Колумба несколько смущало, что жители «востока» оказались совершенны­ми дикарями, поскольку это противоречило всему, что ему было о них известно, но золотые украшения на их телах словно подтверждали легенды о сказочных богатствах Азии. Оставалось продолжить путь и попытаться достиг­нуть материка. Во время этого плавания экспедиция Ко­лумба обследовала открытые ею Кубу, Гаити (остров был назван Эспаньолой, т. е. «маленькой Испанией») и мно­жество других островов, по понятным причинам получив­ших название Вест-Индии. На Гаити было заложено и первое европейское поселение в Новом Свете.

               Произошло это в результате рокового стечения обстоя­тельств. В ноябре измученный экипаж «Пинты» отпра­вился в Испанию, а в канун Рождества 1492 года «Санта- Мария» налетела на подводную скалу. Это был дурной знак, и большинство моряков захотело поскорее вернуть­ся на родину. Только сделать это едва ли было возможно, поскольку в распоряжении Колумба осталась только ма­ленькая «Нинья». Пришлось Колумбу оставить сорок че­ловек зимовать на Эспаньоле. Судьба этих людей неизве­стна — они пропали бесследно, скорее всего, были истреб­лены местными жителями.

             15 марта 1493 года «Нинья» бросила якорь у родных берегов. Возвращение Колумба было триумфальным, а эк­зотические подарки, доставленные им Изабелле и Ферди­нанду, разожгли алчность испанцев не хуже нескольких слитков золота и мешочков с золотым песком, прибыв­ших из «Индии». Монархи решили поставить Колумба во главе второй экспедиции на запад, и в 1493 году целая флотилия из семнадцати кораблей с полутора тысячами человек на борту стартовала к далекой Эспаньоле. Не най­дя оставленных на зимовку товарищей, Колумб принял решение заложить новое колониальное поселение, кото­рое в честь королевы было названо Изабеллой. Вторая партия поселенцев оказалась значительно более удачли­вой. Они с успехом начали выращивать в Вест-Индии са­харный тростник и виноград, разбили плантации апель­синовых и оливковых деревьев, занялись разведением жи­вотных — они привезли с собой лошадей, коз, овец и свиней. Когда индейцы-ацтеки впервые увидели лошадей, они приняли их за божественные создания. Однако в по­следующие столетия кони самым прочным образом во­шли в быт индейцев, особенно живших на Центральных равнинах Северной Америки. Некоторые потомки европей­ских скакунов в Америке одичали, став прародителями табунов диких лошадей-мустангов, которых затем отлав­ливали с помощью лассо и приручали индейцы.

            Через двадцать лет после начала колонизации на Эспаньоле уже было семнадцать  "европейских" поселений.

            Между тем Колумб продолжал настойчиво искать ма­териковую Азию. Во время своей третьей экспедиции, предпринятой в 1498 году, он коснулся северо-восточного побережья Южной Америки, а в 1504 году, во время по­следнего своего великого плавания, прошел немного вдоль юго-восточного побережья Северной Америки. Колумбу не суждено было понять, что он открыл новую часть света. Он разочаровал своих венценосных покровителей, так и не обнаружив западного прохода в Индию, что было осо­бенно досадным для Испании на фоне успеха португальца Васко да Гамы (1469—1524), который в 1497—1499 годах совершил плавание из Лиссабона в Индию и обратно в обход Африки.

              Однако открытие Колумба труднопереоценить. Он не только открыл Новый Свет, изменив представления чело­вечества о земле, на которой мы живем. Благодаря Колумбу земной шар начал превращаться в единую взаимо­связанную систему. Вместе с тем этот процесс шел с выго­дой для европейцев и европейских переселенцев и крайне болезненно для коренных американцев. Европа принесла в Америку и блага, и беды своей цивилизации. Начатая в XV веке моряками и переселенцами экспансия Старого Света имела не только политические, но и экологические последствия. Доколумбовская  Америка представляла собой изолированную экологическую систему, болезненно от­реагировавшую на вторжение извне. Американские индейцы оказались беззащитными перед завезенными европейцами инфекционными болезнями, а бактерии, сорняки и сельскохозяйственные вредители, случайно попавшие в Новый Свет вместе с сознательнозавезенными туда из Европы полезными растениями и животными, вызывали острейшие экологические катастрофы, губительные не только для растительного и животного мира, но и для коренных жителей. Биологическое ослабление индейцев облегчало задачу политического завоевания принадлежа­щих им территорий: хорошо известен, например, тот факт, что испанские конкистадоры (завоеватели) под командо­ванием Кортеса покорили Мексику в основном потому, что среди ее коренного населения, ацтеков, разразилась эпи­демия оспы. Однако индейцы погибали и от менее серьез­ных инфекций — например, ветрянки или кори, так как их организмы не имели иммунитета против этих неведо­мых в их мире болезней. Этот биологический фактор объясняет, почему европейцы не встретили должного со­противления и относительно легко подчинили себе Новый Свет.

              Открытие Америки сильно повлияло на жизнь европей­цев. И дело не только и не столько в том, что из Америки в Старый Свет были завезеныкартофель, помидоры, ку­куруза. арахис, тыква и некоторые другие растения, без которых невозможно представить себе рацион современных европейцев. Коренным образом изменилось миропо­нимание: начавшиеся после экспедиций Колумба регуляр­ные контакты через океан привели к осознанию того, до какой степени могут отличаться культуры различных народов. Американские индейцы и их образ жизни каза­лись европейцам особенно удивительными потому, что они совершенно не вписывались в картину мира, веками скла­дывавшуюся на основе Библии и сочинений античных авторов.

Яндекс.Метрика Запчасти для снегоуборщиков